- Вы все врали! – Вышибала повернул к присутствующим яростные ноздри. –
Нарассказывали отменных баек при знакомстве, ни звука правды! Как не стыдно?!
-
Позвольте Вожаку закончить, вам пока слова не давали, – в каждой капле летящей в
Вышибалу слюны звенела желчь.
- А как же
вы, дама? Кто вы там, мать семейства? – не утихал он. – Сами бы помолчали. Или
нет, посвятите присутствующих, что за благодетель упаковывал ваши жалкие чресла?
Нам всем чрезвычайно любопытно!
- Я бы
просил оставить в покое мою любовницу, – привстал Чиновник. – Она искренне
окупила своим пылом все мои затраты и я не позволю…
- Ах, вон
оно что! Дряхлый черт с забитым песком и спесью катетером! Покровитель
скудногрудых бессрамных блондинок возвысил свой старческий фальцет, встав на
защиту своей цыпочки!..
-
Уймитесь, молодой человек. Вы сами-то, позвольте осведомиться, кем будете в этой
истории, не сутенером ли?
- А вот и
дудки! Я такой же задуренный болван, как и прочие здесь. Легенда о плесневеющей
долгом, но отчаянно честной молодой жене скармливалась мне два года кряду, пока
я, студент и беднота, выкраивал ей на гвоздики и шоколадки, и, не дыша
поклонялся содержимому ее мусорного ведра! А я не посмел даже кивнуть старой
приятельнице, оберегая ее честь от неведомых, но неусыпных хулителей. Вот ведь
кретин! И ты променяла меня на эту ветошь, Марта? Как ты могла?!
- Какая
трогательная драма! Сколько страсти! – расхохоталась она. – Откуда подобная
чувствительность и тонкая душевная организация в работящем безыскусном парне?!
- Я
действительно подрабатывал везде и сколько удавалось, и из-за тебя в том числе.
У станка также пришлось. И в сторожах… Я нигде не солгал… А ты дрянь, Марта.
Редкая гнилушка…
- Хватит,
господа, – кашлянул Вожак. – Эта перепалка не прибавляет нам достоинства. Теперь
каждый знает подлинные биографии, хватит оскорблений!
- Как это
каждый! – воздал голос Алкоголик. – А ваша история? Вы до сих пор не
представились. Кто вы?
- А у меня
нет истории. Я местный.
- Что
значит - местный? – голос Марты осип от страха.
- Мне пока
преждевременно об этом распространяться. – Настоятельно рекомендую вам разойтись
и поразмыслить над происходящим в одиночестве. Разрешите откланяться.
И Вожак
собирался галантно раствориться в торфяной мгле отеля, но Вышибала схватил его
за рукав.
- А свеча?
- Что
свеча? – обернулся Вожак.
Остальные
насторожились.
- Это вы
ее мне подсунули? – спросил Вышибала.
- Стоп!
Ну-ка, немедленно рассказывайте! Вы нашли предмет? Когда? Где?
Вышибал
отер со лба пот.
- У себя в
номере под подушкой. Нынче же утром. Думаю, это Вожак ее подсунул. Раз он
местный, у него есть ключи ото всех номеров. Подкрался, пока я спал и просунул
под подушку.
-
Покажите, - скомандовал Вожак. – Да не смотрите зверем, это был не я. Не я
подбросил свечу. Зачем мне это?
Вышибала
достал из кармана крохотный огарок.
- И это
все? Такая маленькая? – разочарованно протянула Марта. – Так мы далеко и не
уйдем.
- И не
надо, - гарцуя своими молодыми мускулами под свежей кожей, сказал Чиновник. –
Разве здесь плохо? У нас есть все, что пожелаешь. Даже дама.
Марта
фыркнула.
- Свеча –
это отлично! – воскликнул Вожак. – Размер не имеет значения. Теперь все предметы
собраны.
- И что?
- Как что?
Список задач обновился. Мы можем идти дальше.
- А без
свечи не могли? – дотошничал Чиновник.
- Нет.
- Как-то
странно все это. Неправильно, - покачал головой Алкоголик.
- И куда
нам идти? Зачем? После всего, что вы нам рассказывали… - понурился Вышибала.
- Вы
предпочитаете остаться? – деловито осведомился Вожак.
- Нет-нет!
– замахала руками Марта. – Они как хотят, а я здесь не останусь. Нечего мне
здесь делать в такой компании…
- В какой
компании? – взвился Чиновник.
Марта
показала ему язык и взяла Вожака под руку.
- У меня
теперь новый покровитель.
Чиновник
махнул рукой. Он привык к женским капризам.
Они
замолчали, каждый в своих мыслях и тайнах, недоверчивые и скрытные.
-
Предлагаю разойтись и переспать со всеми обрушившимися на нас новостями, -
поднял дрожащую руку Алкоголик.
-
Поддерживаю, - отозвался Вожак, давно порывавшийся уйти.
- Если вы
уходите, нам бессмысленно оставаться, - поднялся Чиновник.
Все
разошлись. Остался только Вышибала, потеряно смотрящий в догорающий камин. Он
чувствовал себя униженным и позабытым. И свеча в его кармане оказалась никому не
нужна.